ЧО знаменитого казанского художника

ЧО – это Черное озеро, за словами знаменитого казанского художника кроется имя  Ильгизара Хасанова, на днях отметившего круглую дату – свой пятидесятилетний юбилей.

-Честно говоря, не люблю я эти стандартные юбилеи, — признается сам художник, — нужно будто отчитываться за пройденный жизненный этап, собщать обществу о том, что сделано. Меня мало интересуют эти круглости. Для меня, в первую очередь, важно, чтобы не прекращался творческий процесс, в принципе, как и для любого художника, чтобы я мог также продолжать создавать и творить… Конечно, годы забирают то чувство робости, когда сомневаешься, прав ты или нет, приходит понимание, что если не сделать задуманное сегодня, то можно упустить возможность навсегда. Это только в тридцать лет кажется, что впереди еще вся жизнь, что многое еще успеется, а в пятьдесят уже понимаешь, что нет впереди такого запаса жизни, нужно делать то, что делаешь…

Выставка ЧО, открытие которой было приурочено к юбилею художника, достаточно символичная: Черное озеро — бессменный спутник детства художника, старожила, выросшего в Казани, это образ, сопровождающий его творчество, галерея живописи Double M Gallery, где и разместилась выставка, расположена как раз напротив Черного озера, на улице Дзержинского.

Выставка, состоящая из материальной культуры постсоветской эпохи, навевает воспоминания, с подсказки художника создает ассоциации со знакомым, не так давно растаявшим миром. Вот перед нами коричневый плюшевый мишка сидит на маленькой табуреточке возле ночника-ракеты. «Это не просто мишка, а Медведев, который недавно получил эту красную кнопку – руль правления, которой запускается ракета», — комментирует Ильгизар. Чуть выше – старая карта раздела мира, вокруг которой нарисованы знакомые квадратики игры в крестики-нолики. «Каждый правитель норовит разделить этот мир».

Вот часы прошлого века, которые могли стоять на столе у какого-нибудь чиновника. Достав ключик, прикрепленный к самому донышку, их заводят при мне, и уже по ним, привыкшим отсчитывать время советское, бегут секунды XXI века. Далее мой взгляд падает на сундучок – ламповый приемник 60-х годов, который вряд ли где еще встретишь. Как ни странно, он тоже оказался рабочим: при соединении с розеткой оттуда полились звуки, и на мгновение показалось, что приемник говорит «по-советски». Прислушиваюсь – нет, это современная радиоволна, только звучит удивительно бархатно и мягко. Далее стоят приемник уже сороковых годов, гитара, прошедшая ГУЛАГ, кем-то бережно сохраненная, теперь обретшая вторую жизнь благодаря художнику, лавочка на ножках-колодках. Ее сиденье разрисовано рецептами детства, что-то про девчачьи классики, скакалки. А вот взлетает металлический голубь – символ мира, напоминание о демонстрациях шумных и людных, над ним фигурка с восемью маленькими дырочками, увенчанная вилкой – у советского детства игра была такая: два удара — восемь дырок.

А вот посыл к современности – картина «Мысли о Родине». На переднем плане стоит мальчик в пионерском галстуке, за ним на школьной доске начертана на первый взгляд непонятная связка слов: «Только о Родине, только о ней, она же кого-то выберет, где же он, Махатма». «А где же он, Махатма, он же умер, теперь и поговорить не с кем», — так однажды сказал Путин, поясняет автор. На картине, как оказалось, изображен Вова Путин. «Он же тоже был когда-то маленьким. Он всегда думал о Родине, она его и выбрала, так мне кажется. Вот я, например, думал не так старательно, поэтому и не стал президентом», — с улыбкой комментирует Ильгизар Хасанов.

В разных углах выставочного зала стоят раскрытые цветной и черный зонтики – воспоминание о детской сказке про Оле Лукое. Если будешь себя хорошо вести, над тобой раскроется цветной зонтик, плохо – черный. Потом цепочка детских воспоминаний переходит к детской игрушечной коляске с пупсом. Ее изготавливал тогда вертолетный завод, и сделана она крепко, как многие вещи той эпохи, с расчетом на то, что будет передана по наследству, и вместе с ней вырастет не одно поколение сестренок и племяшек. А вот чемоданчик, с которым детей чаще всего отправляли в пионерские лагеря, рядом и сам пионер с барабаном на шее. Тему пионерских лагерей венчает фотография из Артека – на фоне моря изображены три девочки в гольфах, советских платьицах. Как оказалось, это фото, подписанное «Артек, Артек, не был я в Артеке…», сделано еще в 1958 году.

На других двух фото детские портреты Ильгизара и его супруги Дамиры, художник расположил их на паре черных коньков. На мой недоуменный и вопросительный взгляд он отвечает: «Мы с Дамирой, когда были маленькими, катались на Черном озере. Только тогда мы не были знакомы друг с другом».

Инсталляция в искусстве — пространственная композиция, созданная художником из бытовых предметов, промышленных изделий и материалов, природных объектов, фрагментов текстовой или визуальной информации. Инсталляции Ильгизара Хасанова – это привычные вещи, переживающие новую жизнь, это быт в художественном исполнении. Безусловно, вещи хранят память, информацию. Другое дело – не все могут считывать эту информацию, единицы умеют восхищаться старой вещью. Для Ильгизара Хасанова эта информация не столько история, сколько эмоции. Многие экспонаты ему подарил блошиный рынок, а он отыскал их творческим проницательным взглядом среди хлама.

- На выставку с удовольствием приходят и дети, здесь много игрушек, от которых они просто в восторге. Игрушки – это носители информации, это те образы и тот язык, который дети понимают без проблем. А один ребенок даже написал в отзывах: «Теперь я знаю, как жили мои родители».

Отзывы – отдельная история. Посетитель может напечатать свои пожелания и впечатления на старинной печатной машинке: стук-стук… Верной дорогой идете, товарищ… Старинная парта 60-х годов с чернильницей и перьевой ручкой, с бумагой, прожившей полвека, тоже хранит отзывы: «Впервые беру в руки перьевую ручку. Непривычно», «С юбилеем тебя! Желаем творческих успехов!», «Спасибо, я снова вспомнила детство».

- Ильгизар Хасанов занимает одно из ведущих мест, — говорит председатель Союза художников РТ Зуфар Гимаев. — Он — авангардист, формалист, живописец, график, скульптор, инсталлятор. Он настоящий художник с большой буквы и в полном понимании этого слова. Его работы высоко оцениваются за рубежом, в Казани же у него есть определенный круг почитателей, ценителей его искусства. Для своих учеников он как отец, умеет легко и непредвзято передать свое мастерство. Но горизонт его творчества продолжает оставаться гораздо шире, чем у тех, кто идет за ним.

Сегодня юбиляр мечтает, чтобы в его родном городе современное искусство развивалось, имело свое пространство. Казань резко начала меняться за последние годы, беспощадно стирая историю прошлых лет. А ведь у нас нет ни одного музея, который бы рассказывал о советской эпохе, ее стараются запрятать, как старый советский совок, в темный угол, будто ее и не было. В то же время весь мир бережно хранит историческую информацию. «Я бы хотел создать художественный музей, с интерактивными досками, современной технологией, который являл бы собой синтез XX и XXI века».

 ФАРИДА ГИБАДУЛЛИНА, «ИТ»

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Можно использовать следующие HTML-теги и атрибуты: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <strike> <strong>